Знамя Майтрейи
1468

ТАЙНА СИРАНО де БЕРЖЕРАКА (2)


   (Продолжение
   Начало в № 1, 2015 г.)
   
   — Это недопустимо, ваша светлость!
   — Что вы хотите этим сказать? Уж не решитесь ли вы помешать этому благому делу?
   — Сочту это своим святым долгом, Ваше Высокопреосвященство!
   — Интересно, как вы это сделаете? — спросил кардинал с усмешкой, откидываясь на спинку кресла. — Готов биться об заклад, что это вам не удастся! Один против целой толпы?
   — Вот видите, Ваше Высокопреосвященство, вы сами ставите меня в такое положение, когда я не смогу не принять ваш вызов, чтобы не слыть трусом!
   — Мой вызов? — сделал удивленный вид кардинал.
   — Конечно, Ваша светлость! Вы только что предложили мне побиться с вами об заклад, что мне не защитить книг уважаемого мной мыслителя Декарта от какой-то там толпы.
   — И вооруженных стражников, — добавил кардинал.
   — И вооруженных стражников, — согласился Сирано.
   — И против всех вы будете в одиночестве?
   — Нет, почему же, Ваша Светлость! Со мной будет моя шпага!
   Когда Сирано вышел, Ришелье деловито сказал Мазарини:
   — Постарайтесь, друг мой, чтобы толпа у костра близ Нельских ворот была не меньше...
   — .ста человек, — подхватил Мазарини. — Я уже распорядился.
   Не надо думать, что двадцатилетний Сирано де Бержерак покидал кардинальский дворец победителем. Напротив, мгновенный подъем духа, овладевший им перед лицом могущественного кардинала, сменился упадком, и он горько размышлял о своем дерзком отказе от благ приближенного к Ришелье поэта и о рискованном мальчишеском споре с ним об заклад, объясняемом непомерной гордостью, которая скорее прикрывала его слабость, нежели отражала силу. Гордыня заставила его отказаться от обеспеченности придворного поэта, оставшись вместе со своей свободой творчества в прежней бедности, не оставляющей ему надежд ни на удачу, ни на любовь. В ту пору Сирано де Бержерак никак не предвидел, что проложит когда-нибудь путь великим французским гуманистам, таким как Жан Жак Руссо, Вольтер или даже живший до него Рабле, подготовившим умы людей к вулкану французской революции. Трезво размышляя, он уже понимал, что вечером, когда враги в неистовой толпе накинутся на него со всех сторон, сталь едва ли окажется лучше перышка.
   И вот наступил вечер.
   Монахи подошли к просмоленным поленьям и предусмотрительно политому маслом хворосту и подожгли костер.
   Пламя взвилось к небу, вызвав вопль восторга у всех, кто находился по обе стороны Сены.
   Огонь отразился в воде и заплясал бегущими отсветами и бликами, словно на водную твердь рассыпали воз бриллиантов.
   И тогда между столпившимися монахами и костром возникла одинокая фигура стройного, совсем еще юного человека.
   Не обнажая шпаги, он громко крикнул, так, что его было слышно не только на обоих берегах Сены, но и во дворце с открытыми окнами:
   — Всякий, кто приблизится к костру, чтобы бросить в него книги Декарта, сам окажется в костре, познав гнев огня. Это говорю я, Сирано де Бержерак. Берегитесь!
   Замешательство среди монахов было недолгим.
   Первый из них, творя крестное знамение и шепча молитвы, приблизился к костру, неся книгу в вытянутой руке.
   Никто не мог дать себе отчета, каким образом он вдруг взмахнул своей сутаной, указывая ногами на звезды, и полетел в трескучее пламя костра.
   Раздался поросячий визг, и через мгновение живой факел ринулся от костра к группе монахов.
   — Какая прелесть! — снова воскликнула графиня с родинкой. — Ведь он, наверное, обжегся, бедненький!
   — Кто следующий? — крикнул Сирано.
   — Вы заметили, Ваше Преосвященство, он не обнажает шпаги.
   — Пока, пока, Ваше Величество. Я послал туда стражников.
   — Тогда другое дело! — И король шмыгнул носом.
   Меж тем группа монахов, как по команде, пришла в движение. Однако нельзя даже передать быстроту происходившего. Руки Сирано от неповторимых по молниеносности движений, да и сам он, мечущийся исчезающим призраком, может быть, из-за капризов освещения, становились порой невидимыми, но сутаны, задранные ноги дерзнувших приблизиться к костру монахов мелькали в воздухе, а горящие факелы, вырываясь из костра, отчетливо видные, разбегались от «огня святого Эльма».
   В отсветах его пламени виднелись разбросанные по земле книги в кожаных переплетах.
   — Несчастные монахи, — заметил король.
   — Они страдают за веру, — ответил кардинал.
   Тогда на Сирано двинулась толпа, кстати сказать, наспех набранная монахами по трактирам.
   Сирано так и не обнажил шпаги, но, если бы индеец Августин мог видеть, как он расправлялся с полупьяными погромщиками, привыкшими к тому, чтобы их боялись, и понятия не имевшими о тех невероятных приемах Сынов Солнца, которые освоил Сирано, угощая каждого, кто приближался к нему, ударами «живой кувалды» в самые болевые места.
   Через некоторое время земля была усеяна корчащимися людьми, и берег Сены огласился криками и стонами. Но пьянчужки продолжали лезть на Сирано, отбрасываемые его ударами, падали на уже лежавших.
   А над поверженными в позе ягуара, готового к прыжку, стоял ученик индейца из племени майя, готовый отразить любое нападение.
   Но теперь в дело вступили стражники со шпагами в руках.
   Пришлось и Сирано выхватить шпагу.
   — Кажется, дело дошло до настоящего сражения, — заметил король.
   - Они убьют его! Столько на одного! - воскликнула графиня де Ла Морлиер.
   Баронесса де Невильет, затаив дыхание, следившая за всем происходившим, упала в обморок.
   В обморок упали и еще две дамы из окружения королевы, но, убедившись, что никто не спешит к ним на помощь, пришли в себя и бросились снова к окну, где их места были уже заняты другими дамами.
   Стражники никак не могли сблизиться с Сирано, им мешали преграждавшие путь стонущие и корчащиеся от боли тела пьянчуг.
   Но Сирано сам бросился на противников, и тут пошел в дело его излюбленный прием. В воздух, сверкая в отблесках костра, полетели одна за другой шпаги стражников, которые сразу же обращались в бегство. Пытавшихся оказать ему сопротивление офицеров Сирано неуловимым движением своей разящей шпаги ранил (хотя были и убитые!), отражая с непостижимой сноровкой все направленные на него удары. Впрочем, неверно думать, что он не получил ни одной раны. Камзол его покрылся кровавыми пятнами, но он продолжал биться с противниками, превосходя их в сноровке боя в несколько раз. Если говорить, что бой был неравным, то неравным он был обоюдно. Стражников было больше, но Сирано де Бержерак владел шпагой, как никто из них.
   Как и в большинстве сражений, исход боя решила паника.
   Полупьяная толпа разбежалась, стражники удалились.
   Сирано остался один, готовый отразить новую попытку штурмовать костер святого Эльма.
   Сражение Сирано де Бержерака со ста противниками кажется невероятным и выглядит легендой. Но ознакомление с подлинными документами и утверждениями как современников Сирано, так и более поздних исследователей, казалось бы, снимало сомнения. Такая невероятная битва действительно имела место у Нельской башни в Париже, и к ней следует отнестись не как к вымыслу, а как к подлинному событию.
   Власть Зла сразить Мечтой я в мир пришел! Кампанелла
   В этот день парижане были удивлены странным прохожим, нетвердой походкой пересекавшим весь город, его видели и близ кардинальского дворца, откуда он, видимо, вышел, и на улице Сан-Оноре, и на набережной Железного Лома, и на улице Могильщиков, бледного от потери крови, в изодранном камзоле, покрытом темными пятнами, слегка покачивающимся от усталости (или от непомерного с утра возлияния, что было неверно!). Сопровождаемый любопытными взглядами, он привлек к себе внимание и городских стражников, заподозривших в нем одного из тех неудачников, которые, потеряв веру во все на свете, начали промышлять разбоем, однако какая-то бумага, показанная стражам порядка, вызвала у них к прохожему столько же уважения, сколько и удивления.
   Надо ли говорить, что этим прохожим был наш Савиньон Сирано де Бержерак, получивший от кардинала Ришелье подтвержденное им поручение, суть которого была изложена в закладной записке, в дополнение к которой он получил для доставки в Рим и личное послание кардинала Ришелье к Папе Урбану VIII Ради этого Сирано и пошел на свой невероятный, неправдоподобный, но вошедший в историю как действительно совершенный (правда, якобы по другому, нелепому и незначительному, поводу!) подвиг, ставший легендой, вызывая спустя столетия улыбку.
   Через некоторое время посланцем Ришелье Сирано появился в Риме, везя в кармане своего камзола ценное письмо, по сути своей дарующее свободу великому узнику Кампанелле. Какую радость принес он Кампанелле! Правда, чуть позднее сам Сирано был ранен злодейской пулей из-за угла одним испанцем, с которым судьба еще сведет через некоторое время. Так что на обратном пути пришлось Кампанелле выхаживать тяжко раненного спасителя своего.
   Мазарини, выполняя указание Ришелье, приобрел для пребывания во Франции Кампанеллы построенный на пепелище поместья Мовьер домик, куда и прибыла карета путешественников из Тулона.
   Приехавших уже ждали философ Декарт со своим другом-противником, советником тулузского парламента Пьером Ферма и профессор-философ Пьер Гассенди. Кардинал Ришелье решил продемонстрировать свою заботу об освобожденном узнике и позаботился пригласить в его убежище во Франции людей, ближе всего стоящих по своим взглядам к Кампанелле, который должен был оказаться здесь в кругу друзей. Ришелье никогда ничего не делал без умысла.
   Вскоре по выздоровлении не без указания Ришелье Сирано де Бержерак был направлен в действующую армию: Франция воевала с Германией. Здесь Сирано снова отличился, своей отвагой обеспечив успех французского войска, а заодно ударом шпаги пресек земную жизнь одного негодяя, который в Риме подло стрелял в него из-за угла.
   По окончании боевых действий Сирано де Бержерак вернулся в Париж, где познакомился с обществом доброносцев и с таинственным Тристаном Лореметом, приехавшим из Англии.
   Познал я горесть всю земную
   И к небу обращаю взор,
   К Луне и Солнцу, в даль пустую,
   Богов где вижу и простор. Собственноручная подпись Сирано де Бержерака под его портретом.
   — Ищущий себя в братстве доброносцев, - торжественно обратился к Сирано скрытый капюшоном герцог, — тебе предстоит пройти испытания, прежде чем ты предстанешь перед Вершителем Добра. Как скромный здешний надзиратель, я передаю тебя в руки назначенного тебе ритора.
   И тут Сирано увидел подле себя еще одну фигуру в белом запоне и капюшоне, скрывающем лицо.
   — Сэр, прошу прощения, но вам придется довериться мне, — с акцентом произнес незнакомец и протянул руку.
   Меж тем герцог-надзиратель надел на голову Сирано капюшон, но без прорезей для глаз, и он ощутил себя безпомощным слепцом. Ритор-англичанин держал его руку.
   — Плиз, сэр. Прошу вас, — предложил он.
   Сирано, доверяясь своему поводырю, двинулся вперед, но вскоре споткнулся, пол ушел из-под ног, и он, оступившись в яму, едва удержался стоя. Ритор помог ему выбраться оттуда, и они снова двинулись вперед. И опять ощутились неровности пола. Теперь Сирано уже не терял равновесия, нащупывал ногой, куда ступить.
   — Там, на востоке, где восходит светило, дающее жизнь всему живому, место Вершителя Добра. Место же доброносцев — на западе. Оно знаменует их долг и готовность повиноваться Вершителю Добра в делах, которые не знают границ между государствами, оскверняющими мораль нескончаемыми войнами и религиозными распрями, питающими ненависть. Все мы объединены здесь единой целью сотворения Добра, — громко поучал ищущего ритор. — Готов ли ты объединиться с нами?
   — Готов, — ответил Сирано, — и надеюсь, что Добром будет и защита права на жизнь каждого из живущих.
   — Ритор! Твой «ищущий» произнес благие слова, — отозвался Вершитель Добра.
   И только теперь Сирано де Бержерак узнал старческий голос своего бывшего учителя, деревенского кюре из Мовьера, перед которым сейчас почтительно стояли доброносцы в капюшонах, а среди них «местный надзиратель» — герцог д’Ашперон рядом с сыном лавочника Кола Лебре.
   — Я, ищущий блага людям Савиньон Сирано де Бержерак, клянусь перед Господом Богом, перед светлым разумом человечества и перед братьями-доброносцами, что с нерушимой верностью употреблю все свои силы, а если потребуется, отдам жизнь для достижения мира и согласия между людьми всех стран, и да помогут мне в этом мой разум и совесть, которые объединю с разумом и совестью всех людей, живущих на Земле, без различия званий, рас и убеждений. Аминь.
   Ритор снял маску и заставил Сирано окаменеть от изумления. Он видел перед собой свое собственное лицо, каким обладал до ранения и которое из-за носа, начинающегося выше бровей, доставило ему в жизни столько боли, послужив причиной и его славы скандалиста-дуэлянта, и несчастий урода.
   — Мы с тобой родственники по крови, - говорил шепотом новый знакомый. — По крови? — изумился Сирано.
   — Да, по нашей общей прародине и прапредкам, посетившим когда-то Землю с «Миссией Ума и Сердца» от другой звезды, — окончательно ошеломил Савиньона Тристан.
   — Признаюсь вам, ритор, слова ваши о нашем родстве волнуют меня, ибо мне уже приводилось слышать намеки на мое якобы внеземное происхождение. Так говорил индеец-майя, рассказывая о белых богах, прилетавших тысячи лет назад на полуостров Юкатан, что за океаном. По его словам, они запрещали не только человеческие жертвоприношения, но и любые убийства, учили отказу от войн, обязательному для всех труду, презрению к богатству, всеобщему равенству людей без различия каст, знатности и принадлежащих им владений. Но такое учение якобы не понравилось былым вождям и жрецам, отвергнувшим пришельцев, и те, разочарованные в неразумных людях, улетели, оставив после себя жен, которых брали из числа местных женщин, и потомство с наследственным признаком — носом, начинающимся выше бровей, как у меня и у вас, ритор.
   — Да, ритор, из некоторых библейских текстов следует, что «сыны неба входили к дочерям человеческим и те рожали им гигантов».
   Нам обоим надлежит вместе продолжить великое Дело «Миссии Ума и Сердца», которому на службу я пытаюсь поставить тайное общество, поскольку оно может быть противопоставлено государственным и церковным войнам и античеловеческому произволу, хотя в грядущем всегда надо предвидеть возможность недостойного использования подобных обществ в совершенно противоположных целях. И все же нельзя ныне бездействовать, видя неисчислимые несчастья наших братьев на Земле.
   Долго ли, коротко встречались доброносцы, но ищейки кардинала выследили их, и пришлось срочно бежать из Парижа. Далее фантазия писателя направила Сирано на родину Тристана - Солярию. И вот космический корабль уносит двух доброносцев на Солярию.
   Сирано здесь узнавал убедительные, неизвестные на Земле вещи, вроде тайны светящихся без огня баллонов (очевидно, электрических ламп!), шепчущих книг (звукозаписи!), экранов-зеркал с отражением на них отдаленных предметов (телевидение!), а главное, великих и непреложных для всей Вселенной законов Природы, которые позволили ему в понятной для современников форме на языке XVII века написать неожиданно для всех, знавших его лишь как забияку-дуэлянта, трактат по физике, затронув в нем математику.
   ...На Земле прошли годы, когда Сирано вернулся домой. Старые друзья даже из общества Доброносцев с трудом узнавали его. И Сирано засел за написание своих трудов, чтобы хотя бы в иносказательной форме поведать о своих удивительных знаниях.
   Поселившись в доме у матери, бережно расходуя скудные, оставшиеся от отца средства, Сирано де Бержерак принялся за работу.
   В общей комнате, где на полках посуда потеснилась ради нужных Сирано книг, он сидел за покрытым скатертью столом с поставленным на нем переносным пюпитром, освобождая место в часы трапез.
   Одетый в дешевый халат, прикрыв «комнатной шляпой» облысевшую голову, без надоевшего парика, он писал страницу за страницей, откидывался на высокую спинку кресла, перечитывал их, порой заливаясь громким хохотом, и снова писал.
   А вот из Новой Франции (Америки) на Луну Сирано отправился точно так, как взлетел в межзвездном корабле вместе с Тристаном, с помощью многоступенчатых ракет, собранных в пакеты по шесть штук, воспламеняющихся последовательно ряд за рядом. И опять-таки ради маскировки он приписал установку ракет на предназначенном для полета сооружении безответственным солдатам. (Какой с них спрос!) Однако лишь читатель конца двадцатого века, когда человечество выйдет в космос, в состоянии оценить точность и реальность описанного способа путешествия в межпланетном пространстве.
   Не упустил Сирано момента, когда путешественник теряет свой вес из-за ослабления земного притяжения по мере удаления от Земли, предвосхитив закон, сформулированный столетием позднее великим Ньютоном!
   С едкой иронией сообщает Сирано, что у лунян знать и простолюдины говорят на разных языках: первые общаются музыкальными фразами, иной раз с помощью оглушительной трубы, а чернь вообще лишена голоса, объясняясь лишь жестами (как глухонемые!). Так выглядит в саркастическом зеркале де Бержерака земное неравенство, когда крестьяне и простой люд практически лишены голоса.
   Религиозную нетерпимость земной католической церкви Сирано-насмешник представил в лунных диспутах по поводу того, признать ли человека Земли разумным существом, если он в чем-то мыслит по-иному, чем здесь принято?
   И совсем «по-земному» тупые лунные жрецы, голословно отвергая всякую возможность жизни на Земле, служащей в их небе луной, в своих декретах строго требуют не признавать разумным любое разумное высказывание «маленького животного» (как там именуют Сирано), хотя оно и освоило, подобно попугаям, разумную речь.
   Важное место в «лунном памфлете» Сирано отводит своему учителю Тристану, Демонию Сократа, якобы встретившись с ним на Луне. Однако главное для автора — показать роль инопланетянина на Земле, где тот общался с разными людьми после Сократа, покинув Землю из-за глупости и грубости людей, впрочем, потом возвратившись туда.
   Чтобы объяснить читателю XVII века, как мог Демоний прожить две тысячи лет после сократовских времен, Сирано не пытается познакомить современников с тайнами парадокса времени, открытыми ему Тристаном, которые будут сочтены за бред, а предпочитает объяснить все вполне «достоверным» и привычным способом с помощью «переселения душ», когда Демоний выбирает для себя более молодое человеческое тело. Здесь не требуется убеждающих доказательств. Вполне достаточно одной лишь веры.
   Сирано приписывает своему Демонию те встречи с людьми, которые вместо него имели его соплеменники, просвещавшие людей (во время отсутствия Тристана, вернувшегося на Солярию). В числе этих «учеников» Сирано назвал и близких его сердцу Агриппу, Кампанеллу, а также членов тайного общества, которым посланец солнечного племени (с Солярии!) открыл многие тайны, сделав их магами. Недаром хрустальные самосветящиеся (без огня) баллоны, которые Сирано видел в подвале замка герцога д’Ашперона, луняне применяют как обычные источники света. (Надо думать, электрического!) Не удержался Сирано от сердечных строк в адрес своего Демония: «...Переезжая в Англию, чтобы изучить нравы ее обитателей, я встретил человека. он весь сердце, весь ум: сказать, что он обладает в полной мере этими качествами, из которых одного было бы достаточно, чтобы сделаться героем, это значит назвать Тристана л’Ермит».
   Позволяя обитателям «иного мира» высказывать их философские взгляды, резко расходящиеся с принятыми на Земле, Сирано рискованно, явно под влиянием бесед с Тристаном, повествует о таких вопросах, как вечность и безграничность Вселенной, ставя под сомнение единый акт творения как начало существования мира, который, будучи вечным, начала не имеет и не будет иметь конца.
   Вчерашний забияка с оскорбительной улыбкой и обнаженной шпагой в руке оказывался теперь отнюдь не меньшим задирой с гусиным пером за ухом и саркастической улыбкой на изможденном лице.
   Однако глубокие мысли непременно нужно было перемежать со смешными нелепостями, чтобы истинно мудрое не слишком выделялось, сходя за выдумки, также несерьезные и смехотворные. Поэтому Сирано с завидной изобретательностью стремился показать в лунном «ином мире» все «наоборот»: города он делает подвижными и передвигает их столь же глупым образом, как поднимался в небо с помощью магнита Илия-пророк. Лунные горожане, заводя пружины, заставляют спрятанные в стенах домов мехи дуть на паруса, приделанные к поставленному на колеса дому. Это все равно, что пытаться сдвинуть с места лодку, сидя в ней и дуя на ее парус, без взаимодействия с окружающей водой.
   Вкушение пищи Сирано заменяет на Луне вдыханием запахов.
   Лечение — предотвращением болезней, более того! — утверждает, что «воображение человека может способствовать его излечению» (на сотни лет предвосхищая психотерапию!). А вместо денежного обращения он допускает расплату «стихами»! Однако главным для Сирано в его работе было столкновение философских взглядов, которые он приписывал встреченным на Луне персонажам, включая испанца Гонсалеса из современной ему книги, англичанина Годвина. Особенно интересны представления о пустоте, отрицаемой современниками Сирано, придумавшими, что «природа не терпит пустоты!».
   В изобилующую подводными течениями, намеками, двусмысленностями ткань трактата Сирано рассыпал те удивительные вещи, которые спустя три с половиной столетия поставят в тупик изучающих его творчество. Но он-то знал, что все, о чем он пишет, наряду с шутками, на самом деле уже существует на Солярии и когда-нибудь появится на Земле поумневших людей, овладевших и зеркалами-экранами, и звукохранящими устройствами (которые можно подвешивать к уху, как сережку, «напоминающую, — как он писал, — разрезанную пополам жемчужину, с передвигающейся стрелкой настройки»), и светящиеся (электрические!) колбы, и многое другое, воспринимаемое нами (людьми будущего для Сирано) в двадцатом столетии как удивительные предвидения.
   Истинной мудрости не уместиться на Земле, она даже в пламени костра поднимает ум к звездам!
   Демоний Сократа - Сирано де Бержераку.
   Утро он уделял мудрости, завершая свой трактат «Государства Солнца» (считающийся незаконченным!). С яркостью и сарказмом баснописца наделял он злобных птиц человеческими пороками и позволил коронованному тирану-орлу приговорить автора повествования к лютой казни, счастливо избежав которую, тот попадает в страну мудрецов, где находит среди философов незабвенного Томмазо Кампанеллу. И тот показал пришельцу с Земли воплощенную на планете Солнце мечту, получившую на Земле, начиная с «Утопии» Томаса Мора, название коммунистической. Для счастливцев, живущих в таком обществе, земные злодеяния так же далеки и чужды, как людям птичьи нравы.
   
   Ежедневный четырехчасовой труд на благо общества стал любому мудрецу необходимым, как дыхание. Свободное время предназначалось самоусовершенствованию, наукам и искусству. Разумное самоограничение позволяло каждому получать безплатно все, для жизни необходимое. Богатство, как избыток потребного, потеряло всякий смысл и презиралось бы, стремись хоть кто-нибудь к этим излишкам в условиях всеобщего изобилия и отсутствия ненужного там денежного обращения. И отпали бы сами собой споры, вражда и войны. Не из-за чего стало воевать и убивать друг друга. Вообще убийство, одна мысль о чем приводила мудрецов в содрогание, противоречило самой сущности людей той страны. Тем более что им удалось найти способ получения пищи и утоления голода без пожирания трупов убитых для этой цели живых существ (как на Солярии, для Сирано незабываемой!), и счастье всех людей покоилось там на свободе, равенстве, братстве и всеобщей любви друг к другу. И не поповская лицемерная «любовь к ближнему» внушила Сирано облик мира Солнца, а формула Франсуазы, простой француженки из крестьянской семьи, мечтавшей со знаменем в руках на баррикаде о всеобщем счастье.
   Естественно, что высшие власти Франции не могли простить вольнодумцу его саркастического свободолюбивого творчества. Однажды, когда Бержерак шел по улице с крыши какого-то дома на голову ему упал деревянный брус. Так служители тьмы подло покончили с ещё одним Святоносцем.
   
   Подготовил Г. Горчаков


Связанные статьи



Темы уроков: Эзотерика

Оставить комментарий

Поля, отмеченные символом (), являются обязательными.



Доска объявлений

ИНФОРМАЦИОННОЕ ПИСЬМО о конференции в г. Екатеринбурге 17-19 августа 2018 г. ...подробнее
В г. Усть-Кокс строится народная библиотека им. Е.И.Рерих. ...подробнее
Курсы предпринимателей-фермеров сирот ...подробнее
Сайт культурно-просветительской газеты
«Знамя Майтрейи»
приглашает всех, кто изучает Учение Агни Йоги, принять участие в его работе.
Пишите и присылайте свои заметки, статьи, рассказы на темы Учения Агни Йоги, эзотерики, культуры, образования, медицины, науки, религии. Редакция рассмотрит и лучшие будут опубликованы в газете и на сайте.
Заявки присылайте на маил редакции или оставляйте в гостевой книге.
С уважением администрация сайта

Новости сайта

26.12.2015
О новом воплощении Рериха
14855
15.04.2014
Г. ГОРЧАКОВ НЕ ТАКОЙ!
5995
02.12.2017
Ваши предложения Президенту Новой России
1237
04.04.2015
Проект Нового Мира (для обсуждения и дополнения)
9071
21.01.2016
Утвердиться в Основах
(сравнительный анализ Учения и "граней")
3955
20.10.2016
Как Шапошникова с помощью «граней» развалила РД
4231
10.12.2018
Нацизм по-украински
31
10.12.2018
НЕ ДАВАЙТЕ СЕРДЦАМ ОСТЫВАТЬ!
22
10.12.2018
МАТРЁШКА
30
09.12.2018
ЭПОХА ВОДОЛЕЯ – ЭПОХА РОССИИ
32
09.12.2018
Инквизиторы от Академии
25
08.12.2018
ПАРАЗИТЫ В ОБЩЕСТВЕ
38
08.12.2018
Нужен налог на курение
22
08.12.2018
ТЕЛЕГОНИЯ
38
07.12.2018
ЗА ТЕХ, КТО НЕ ВСЕ....
44
07.12.2018
Русский язык и генетика
36
07.12.2018
Неблагодарные дети
37
06.12.2018
ТВОРЕЦ МЕДИЦИНЫ БУДУЩЕГО
23
06.12.2018
СЛЕДОВАТЬ ИЕРАРХИИ
29
06.12.2018
Интервью с Д. Энтиным
36
09.11.2018
Обзор газеты №6 за 2018 год
85
06.10.2018
Обзор газеты №5 за 2018 год
143
15.09.2018
16. 'Письма А.П.Синнетту'
110
15.09.2018
14. 'Личные мемуары Е.П.Блаватской'
44
15.09.2018
15. 'Оккультный Мир Мадам Блаватской'
52
15.09.2018
13. 'Ключ к Теософии'
58
15.09.2018
12. 'Из пещер и дебрей Индостана'
111
15.09.2018
11. 'Загадочные племена на Голубых Горах'
54
15.09.2018
10. 'Космический Разум' (1889-91,1893 гг)
57
15.09.2018
1. 'В Поисках Оккультизма' (1874-80 гг)
66
15.09.2018
2. 'Терра Инкогнита' (1880-82 гг)
229
15.09.2018
3. 'Смерть и Бессмертие' (1882-83 гг)
56
14.05.2018
Обзор газеты №4 за 2018 год
411
15.04.2018
Обзор газеты №2 за 2018 год
330
29.03.2018
Обзор газеты №1 за 2018 год
473
14.03.2018
Обзор газеты №11 за 2017 год
413
09.12.2017
Обзор газеты №10 за 2017 год
624
08.12.2017
Обзор газеты №9 за 2017 год
520
03.12.2017
Обзор газеты №8 за 2017 год
545
30.09.2017
Обзор газеты №7 за 2017 год
767
31.05.2016
Рерихи - патриоты России
108
31.05.2016
Н.К.Рерих - широта его мировоззрения
100
31.05.2016
Н.К.Рерих - широкая известность
91
31.05.2016
Н.К.Рерих - Шамбала
120
31.05.2016
Н.К.Рерих - "человечество ползёт..." (цитата)
102